Более года Дональд Трамп передвигается по Вашингтону подобно монарху, по столице, которая все больше определяется его властью, угрозами и прихотями. В пятницу Верховный суд США резко изменил эту траекторию.
Отменив ключевую экономическую политику его администрации - установление неограниченных тарифов против любых стран, судьи вынесли редкое и публичное порицание, которое дало понять, что президент-республиканец наконец-то достиг предела своих полномочий.
Реакция Трампа была незамедлительной и бурной.
Узнав о решении суда, Трамп заявил губернаторам, собравшимся в Белом доме, что он «кипит от ярости» и должен что-то сделать с судами, сказал губернатор Делавэра Мэтт Мейер, демократ, присутствовавший на встрече.
Позже, перед журналистами, Трамп обрушился с критикой на судей, вынесших решение против него, включая двух своих собственных кандидатов, назвав их слабыми и «позором для своих семей». Он высмеял то, что назвал надуманной логикой большинства.
«Решение Верховного суда по поводу тарифов вызывает глубокое разочарование, и мне стыдно за некоторых членов суда, абсолютно стыдно, что у них не хватило смелости сделать то, что правильно для страны», — заявил Трамп в зале для брифингов Белого дома через несколько часов после того, как суд вынес свое решение , автором которого является председатель Верховного суда Джон Робертс.
«Для человека, который никогда не признает поражений, — сказал Крис Борик, социолог и профессор политологии в колледже Муленберг в Пенсильвании, — это довольно значительное поражение».
Вице-президент Джей Ди Вэнс, чья жена, Уша, год проработала помощницей юриста у Робертса, поддержал критику президента, хотя и не стал переходить на личности. «Это беззаконие со стороны Верховного суда, и точка», — написал Вэнс на X.
Немногие политические решения так сильно повлияли на второй срок Трампа, как его агрессивное использование тарифов. Для Трампа тариф — это не просто налог, взимаемый с товаров при пересечении границы США, а «мое любимое слово» и «самое красивое слово в словаре», как он неоднократно заявлял своим сторонникам.
Он использовал угрозу введения пошлин как дубинку для получения уступок по закупкам сои, привлечения миллиардов долларов иностранных инвестиций, пресечения потока наркотиков, вмешательства в международные конфликты, корректировки цен на рецептурные лекарства и поддержки приоритетных отраслей американской промышленности. Контролируемый республиканцами Конгресс, несмотря на свои конституционные полномочия в области налогообложения, в основном оставался в стороне.
Консервативный Верховный суд часто расширял полномочия Трампа, предоставляя ему иммунитет за его действия на посту президента и вынося экстренные решения, благоприятствующие его политике.
Однако принятое в пятницу решение суда, состоявшееся большинством голосов 6 против 3 и написанное консервативным председателем Верховного суда Джоном Робертсом, опровергло давнее утверждение Трампа о том, что он может вводить масштабные пошлины во имя экономической безопасности США. Это решение внесло новую неопределенность в политическую обстановку, и без того сформированную нестабильными рынками, непростыми отношениями с зарубежными партнерами и приближающимися промежуточными выборами, которые могут еще больше ограничить власть Трампа.
Правовое противодействие тарифам вышло за рамки политических взглядов: ключевую роль сыграл либертариански настроенный центр Liberty Justice Center, а также была оказана поддержка со стороны пробизнес-групп, таких как Торговая палата.
«Это удар по его широкому видению чрезвычайных полномочий, которые были основой всей его экономической программы и не только», — сказал Джулиан Э. Зелизер, историк президентства из Принстонского университета.
Столкнувшись с самым серьезным поражением за весь свой нынешний президентский срок, разгневанный Трамп отреагировал в свойственной ему манере: обрушился с критикой на тех, кто осмелился встать у него на пути, при этом продолжая заявлять о своей победе.
В театрализованно приглушенном свете в зале для пресс-конференций Белого дома Трамп обрушился с критикой на назначенных им судей. Он предположил, что их решение прояснило его широкие полномочия по применению пошлин или полному прекращению торговли с другими странами. Он также процитировал особое мнение Верховного суда, в котором говорилось, что это решение, возможно, не будет существенно ограничивать способность президента вводить пошлины в будущем.
«Теперь я могу брать гораздо больше, чем раньше», — заключил Трамп.
«Это немного сложнее, — сказал он. — Процесс занимает немного больше времени, но в итоге мы получим больше денег, и я думаю, это будет здорово».
На вопрос, будет ли он просить Конгресс предоставить ему полномочия, которых, по мнению Верховного суда, у него нет, Трамп ответил вызывающе.
«Нет, мне это не нужно, это уже одобрено», — сказал он. «Я имею в виду, я бы обратился в Конгресс и, вероятно, и получил бы это».
Ни один президент не использовал спорный закон, Закон о международных чрезвычайных экономических полномотиях, столь широко, как Трамп. И несмотря на его браваду на пресс-конференции в пятницу, альтернативные законы, которые он мог бы использовать для введения тарифов, потребовали бы более длительного времени для реализации, более тщательного обоснования и временных ограничений.
«В результате этого решения президентская власть определенно ослабла», — сказал Сайкришна Пракаш, специалист по конституционному праву из Юридической школы Университета Вирджинии. «Он сам стал слабее».
Верховный Суд США на страже закона
История взаимоотношений Трампа с судом была непростой, начиная с начала его первого президентского срока в 2017 году, хотя свою самую крупную судебную тяжбу он выиграл в 2024 году — дело о президентском иммунитете, которое предотвратило его привлечение к ответственности за попытки отменить поражение на выборах 2020 года.
В первый год своего второго срока он неоднократно добивался удовлетворения апелляций в экстренном порядке, что позволило ему реализовать основные аспекты своей программы по ужесточению иммиграционного законодательства и другие ключевые пункты своей программы.
Критика президентом решений Верховного суда имеет свою долгую историю. Президент Томас Джефферсон критиковал знаковое дело Марбери против Мэдисона, которое заложило основу для концепции судебного надзора за действиями Конгресса и исполнительной власти. Президент Франклин Рузвельт, разочарованный решениями, которые, по его мнению, ослабили некоторые аспекты «Нового курса», говорил о пожилых судьях как о немощных и пытался расширить состав суда, что, однако, не удалось.
В 2010 году президент Барак Обама использовал свою речь о положении дел в стране, на которой присутствовали несколько членов Верховного суда, чтобы раскритиковать только что объявленное решение суда по делу «Citizens United», которое открыло шлюзы для независимых расходов на федеральных выборах. Судья Самуэль Алито, который с тех пор не присутствовал на ежегодном обращении, в ответ прошептал «это неправда», сидя на своем месте.
Однако Трамп перешел черту в том, как он нападал на судей, проголосовавших против него, написал в электронном письме Эд Уэлан, старший научный сотрудник Центра этики и государственной политики и бывший помощник судьи Антонина Скалии.
«Вполне допустимо, чтобы президент критиковал решение Верховного суда, вынесенное против него. Но для президента Трампа демагогично утверждать, что судьи, проголосовавшие против него, сделали это из-за недостатка мужества», — написал Уэлан.
Некоторые президенты также критиковали назначенных ими судей за принятые ими решения.
После знакового решения по делу «Браун против Совета по образованию» в 1954 году президент Дуайт Д. Эйзенхауэр сказал своим друзьям, что назначение главного судьи Эрла Уоррена было его самой большой ошибкой, как утверждает биограф Стивен Э. Амброуз.
Президент Теодор Рузвельт, возражая против особого мнения в антимонопольном деле, якобы однажды сказал о судье Оливере Венделле Холмсе, раненом в бою во время Гражданской войны, что тот «мог бы вырезать из банана судью с большей твердостью характера».
